Эшелоны РЭБ: почему высокоточное оружие перестало попадать

Высокоточное оружие западного образца строится на одной предпосылке: боеприпас в любой момент знает, где он находится. Спутниковый приёмник даёт координату, инерциальная система сглаживает провалы, головка доводит до цели. Убрать первый элемент — и вся конструкция рассыпается не сразу, а постепенно, что даже хуже: оружие продолжает лететь, но уже не туда.

Именно это и произошло. Причём цифры известны довольно точно.

Что случилось с Excalibur

Управляемый 155-мм снаряд M982 Excalibur пришёл на украинский фронт с репутацией оружия, кладущего снаряд в точку. Первые недели её подтверждали: эффективность оценивали примерно в 70 процентов попаданий.

Через шесть недель она составляла шесть процентов. По оценке The New York Times, за первые восемь месяцев 2023 года точность упала с 55 до 6 процентов. В мае 2024 года стало известно, что поставки Excalibur прекращены — при высокой стоимости снаряд перестал оправдывать себя.

Ни снаряд, ни орудие при этом не изменились. Изменилась среда: между спутником и приёмником встала помеха.

Механизм простой. Спутниковый сигнал приходит на землю чрезвычайно слабым — его уровень ниже собственных шумов приёмника, и выделяется он только за счёт корреляционной обработки. Чтобы такой сигнал подавить, не нужна большая мощность: достаточно поднять уровень помех в узкой полосе, и приёмник теряет захват. Дальше боеприпас переходит на инерциальную систему, а её ошибка накапливается с каждой секундой полёта. Чем дольше лететь, тем сильнее уводит.

Та же картина у планирующих бомб JDAM-ER и реактивных снарядов GMLRS: документы Пентагона фиксировали случаи, когда часть сброшенных бомб не дошла до целей из-за подавления спутникового сигнала.

Четыре эшелона

Российская система радиоэлектронной борьбы устроена по уровням — у каждого своя дальность, своя цель и свой принцип.

Стратегический уровень работает на тысячи километров и по совершенно другой физике: коротковолновый сигнал отражается от ионосферы и уходит за горизонт. Цель — глобальная сеть военной коротковолновой связи. Подробный разбор комплекса, который этим занимается, — в отдельном материале о «Мурманске-БН».

Оперативный уровень — это подавление радиолокаторов: самолётов дальнего радиолокационного дозора и спутников радиолокационной разведки. Задача не заглушить связь, а сделать так, чтобы радар не построил изображение местности. По открытым оценкам, дальности здесь измеряются сотнями километров. Про станции этого класса у нас есть разбор «Красухи-4».

Тактический уровень ближе всего к тому, с чего начался разговор. Здесь подавляется спутниковая навигация — и делается это не одной мощной станцией, а сетью маломощных передатчиков, размещённых на существующих высотных объектах. Такая сеть создаёт сплошное поле там, где одиночная станция дала бы пятно. Устройство этой схемы разобрано в статье про «Поле-21».

Четвёртый уровень стоит особняком, и о нём стоит говорить отдельно.

Почему глушить недостаточно

Купол подавления не разбирает, чей приёмник под ним оказался. Помеха, из-за которой теряет захват чужой боеприпас, точно так же действует на свой — физика для обеих сторон одна.

Это и создало задачу, которой в чисто наступательной логике РЭБ не существует: защитить собственную навигацию внутри собственного же поля помех.

Решение называется адаптивной антенной решёткой, в англоязычной литературе CRPA. Идея в том, что вместо одной антенны ставится несколько разнесённых элементов, а обработка сигнала складывает их с такими фазами, чтобы в направлении источника помехи получился провал диаграммы направленности — «ноль». Помеха приходит снизу, от наземной станции; спутники — сверху. Приёмник продолжает видеть верхнюю полусферу, не видя нижнюю.

Такие модули ставятся на планирующие авиабомбы с универсальными модулями коррекции, на ударные беспилотники и на барражирующие боеприпасы. Стоит подчеркнуть, чего они не делают: адаптивная антенна не отменяет помеху, а снижает её влияние. Разговоры о стопроцентной точности в условиях подавления — рекламные; речь идёт о том, что боеприпас сохраняет работоспособность там, где незащищённый её теряет.

Обратная сторона

Радиоэлектронная борьба — не щит, который можно поставить и уйти. Это среда, в которой мешают все и всем.

Собственная связь работает в том же эфире, что и подавляемая. Именно поэтому параллельно с наращиванием мощности станций подавления идёт развитие помехозащищённой связи — быстрой перестройки частоты и программно-определяемых станций. Одно без другого не работает: чем плотнее собственный купол, тем выше требования к собственным средствам связи.

Есть и предел самого метода. Подавление действует на радиоканал — и там, где радиоканала нет, оно бессильно. Управление по оптоволокну, инерциальные системы с коррекцией по рельефу, машинное зрение вместо спутниковой привязки — всё это обходит РЭБ не за счёт мощности, а за счёт отказа от эфира.

Куда это идёт

Развитие идёт в сторону избирательности. Заградительное подавление широкой полосой — метод грубый: он дорог по энергетике, демаскирует станцию и мешает своим. Более тонкий подход — подмена сигнала: приёмник получает не шум, а правдоподобные, но неверные координаты, и уводит боеприпас сам, не догадываясь об этом.

Ответом на подмену становится усложнение приёмников: контроль правдоподобия координат, сверка с инерциальной системой, отбраковка сигнала, который меняется слишком быстро. Обычная гонка, в которой ни одна сторона не получает окончательного преимущества — получает лишь время до следующего хода.